?

Log in

No account? Create an account

Entries by category: путешествия



«Joy by Dior Intense» хочется назвать «девическим», но я вполне представляю себе женщин любого возраста, которые могут полюбить эти ягодные розы, засахаренный жасмин и лимонный ликер. Действительно интенсивный и жизнерадостный.
И все же в «Joy by Dior Intense» есть что-то юное. Быть может, это чувство бурлящей энергии? И аромат роз такой пронзительный, что кажется – цветы визжат от восторга, как девочки при виде своего кумира. Хотя для безудержного веселья не обязательно быть молодыми, нужен соответствующий настрой и обстановка…
Это ощущение беспечной и роскошной радости, которая заключена в «Joy by Dior Intense», лучше всего описано у Фицджеральда в «Великом Гэтсби»:

«По вечерам на вилле моего соседа часто звучала музыка и раздавались приглушенные голоса — волшебный гимн богатства, молодости и любви причудливо вплетался в нежную мелодию летних сумерек; словно стайки беззаботных мотыльков, кружились в танце силуэты мужчин и женщин под ласковым звездным небом; юные сатиры и вакханки резвились в призрачной синеве сада среди гейзеров шампанского. В полдень, во время прилива, я часто видел гостившую у Гэтсби компанию, молодые люди ныряли с сооруженной прямо на причальном мостике вышки, загорали на раскаленном добела песчаном пляже, а две его моторные лодки вспарывали зеркальную гладь пролива, и сразу же следом за ними взлетали над пенными водопадами белокрылые аквапланы…»

Перевод Н.Н. Лаврова





Нет, «Joy by Dior Intense» не удивит и не ошеломит вас. Главное в «Joy by Dior Intense» – качество. Этот парфюм хорошо сделан. Каждая нота звучит красиво и раскрывается вовремя, дополняя композицию новыми штрихами. В «Joy by Dior Intense» все тщательно продумано: и тот момент, когда вы почувствуете запах жасмина, и тот, когда жасмин покажется вам сахарным.

Как говорится, "это не моя чашка чая", но сделано хорошо.


Мне кажется, у «Wanted Girl» Azzaro очень красивый флакон: нечто среднее между цветком, гранатой и крошечным револьвером, очень приятно «нажать на спуск». Цветок, который становится оружием. Оружие свирепой феи. Правда, стреляет не пулями, а чарами.

Нажимаешь на курок и делаешь выстрел сладкой солнечной радости.
Тропические цветы падают в крем-брюле.

Аромат жизнерадостный, солнечно-цветочно-гурманский.
Мне напомнил что-то пляжное, только из разных времен: запахи сладких тропических цветов и масла для защиты от солнца – из современной жизни, а запахи сахарной ваты и шарика очень-очень сливочного мороженого крем-брюле – из детства, в Одессе возле пляжа в маленьком кафе такое продавали.
Кстати, мороженое было изумительное, а сахарная вата вкуснейшая. Или просто – детство, скучная еда в доме отдыха и вот эти радости у пляжа, которыми меня папочка баловал?

Только вот лучше бы аккуратнее: не больше одного нажатия. Очень концентрированный парфюм, очень шлейфовый, два нажатия – и кто-нибудь рядом с вами захочет застрелиться по-настоящему, лишь бы так не мучиться… Ну да со сладкими ароматами так всегда.

Надо бы найти где-то и понюхать цветок имбиря. Он теперь чуть ли не в каждом третьем парфюме, а я не знаю, как он пахнет.

…Хотя – каков облом был, когда на Пхукете я ползала вокруг бассейна, в котором росли лотосы всех видов, и тянула их к себе, и нюхала, нюхала…
И понимала, что да, пахнут.
Но совсем не так, как парфюмы, в которых заявлен запах лотоса!
image.jpg

Еще одно очень любимое письмо от Эриха Мария Ремарка – Марлен Дитрих.

Сегодня утром, когда свинцовая роса еще возлежала на полях, старик из-за каменного стола взял свой кинжал, отправился в сад — в сад, где буйное лето, распираемое соками и алчностью, устремилось к взрыву осеннего цветения, — и стал торопливо срезать и отсекать сухие веточки старым кинжалом, который зовется еще корасон, или сердце, это по-испански (сколь близки были некогда добросердечие, смерть, любовь и месть — сердце!), он аккуратно снимал с них крепко спящих жуков, с которых свисали прилепившиеся к ним бабочки (адмиралы, погребальные епанчи, крупные многоцветницы, перламутровые бабочки, нимфы-ирисы и большие желто-синие махаоны), осторожно отлеплял их и укладывал на солнечном пятне (где они лежали, будто мертвые, — влажные, тяжелые и неспособные летать), после чего собрал букет цветов и посылает их, о Фата Моргана — memory и будущее летних дней, Фата Моргане — воспоминаниям и Фата Моргане — будущему самой светловолосой пумы.
Он вплел в букет большие и значащие понятия: Венеция, Эксельсиор, суда у горизонта, по вечерам коричневые и красные, и золотистые, как птицы, дом Ланкастеров, каштаны, цветущие дважды, словно догадавшись о предстоящих в будущем году тяготах, Скиапарелли и обнаженная мечта, похрустывающая чем-то вкусным на шелках постели, зеленое сердце июня, большая пестрая человеческая бабочка в широком цветастом платье, впархивающая в сумерках на некую постель, «Мулен де Бишерель», Антиб с колокольным звоном над морем и петушиным криком, доносящимся из затонувшей Винеты, Ника, способная повернуться, четырнадцатое июля с зуавами, площадь Оперы, лак с зеленого автомобиля и восхитительный небольшой инцидент с участием юной Дианы во Дворце спорта, горящие спички и отходящая от причала «Нормандия», серый волк на машине марки «Ланчия», Вьенн, Вильфранш, лодка — не то «Муркель», не то «Луркель», не то «Баркель»? — светлые души, ветер, полеты и молодость, молодость…
А потом старик еще раз вернулся в сад, весь во власти своих мыслей, опутанный нежной паутиной осенней тоски и раздумьями о разлуке, о прощании с ласточками и об уходящем годе…
И ты только взгляни: бабочки, которых принял было за мертвых, мертвые, тяжелые и неподвижные, они на солнышке обсохли, согрелись и устроились на теплом камне, словно полоски орденской колодки, и снова превратились в ясное, летящее «да!» жизни, снова превратились в многоцветное парение, вернувшееся из ночи, а день впереди еще долог…
Косой луч, молния из небесных зеркал, привет тебе! К чертям курятники! Подсолнухи прогудели: «Разлука, разлука!» — а соколы закричали: «Будущее! Будущее!» — да будут благословенны годы, уходящие ныне в небытие, да благословенны будут милости, благословенны же и все неприятности, благословенны будут дикие крики и благословенны будут часы остановившегося времени, когда жизнь затаивала дыхание — это была молодость, молодость, и это была жизнь, жизнь! Сколь драгоценна она — не расплескай ее! — ты живешь лишь однажды и такое недолгое время…
…я писал тебе когда-то: «Нас никогда больше не будет…»
Нас никогда больше не будет, сердце, корасон!


(предположительно датировано 23.10.1942)


Мое любимое фото Ремарка.

image.jpg

Мое любимое фото Дитрих. Тут она не выворачивает губы и похожа на ту пуму - как называл ее Ремарк...

image.jpg


Бабочка - Saturnia pyri. Прекраснейшая.

Amouage и Ивлин Во

Писала про новые ароматы Amouage, которые у Кристофера Чонга ассоциировались (если верить пресс-релизу) с Лондоном 20-х годов (а еще с Нью-Йорком 80-х, но это мне не так интересно). Нюхала семплы, приобретенные самостоятельно, перечитывала Ивлина Во – и неожиданно так хорошо пошло. Вот ведь бывает: понимаешь, что автор хороший, а до души не пробивает. Не твое. И вдруг Ивлин Во стал моим. Раньше я любила только «Незабвенную», а остальное ценила. Теперь люблю все. Буду еще перечитывать… И столько в этом радости. Как будто нашла клад. Причем мне же и принадлежащий. Закопанный моими предками, что ли. Или мною – и забытый.

«На ощипанном овцами пригорке под сенью раскидистых вязов мы съели землянику и выпили вино — которое, как и сулил Себастьян, с земляникой оказалось восхитительным, — раскурили толстые турецкие сигареты и лежали навзничь — Себастьян глядя вверх в густую листву, а я вбок, на его профиль, между тем как голубовато-серый дым подымался над нами, не колеблемый ни единым дуновением, и терялся в голубовато-зеленой тени древесной кроны и сладкий аромат табака смешивался ароматами лета, а пары душистого золотого вина словно приподнимали нас на палец над землей, и мы парили в воздухе, не касаясь травы.
— Самое подходящее место, чтобы зарыть горшок золотых монет, — сказал Себастьян. — Хорошо бы всюду, где был счастлив, зарывать в землю что-нибудь ценное, а потом в старости, когда станешь безобразным и жалким, возвращаться, откапывать и вспоминать».

«Ничто в сущности, не принадлежит нам, кроме прошлого...»

«Прошлое и будущее так теснят нас с обеих сторон, что для настоящего совершенно не остается места».

«— Но, дорогой Себастьян, не можете же вы всерьез верить во все это? — Во что? — Ну, вот в Рождество, и в звезду, и волхвов, и быка с ослом. — Нет, отчего же, я верю. По-моему, это красиво. — Но нельзя же верить во что-то просто потому, что это красиво. — Но я именно так и верю».

«Когда так страстно ненавидят, это значит, что ненавидят что-то в себе самих».

«Превратиться в развалину - это не грех. Никто не обязан перед Богом непременно стать министром почт и сообщений, или лейб-егерем, или в восемьдесят лет ходить пешком по десять миль».

(Возвращение в Брайдсхед)

«Адам немного поел. Никакая рыба, размышлял он, не бывает так же хороша на вкус, как на запах; трепетная радость предвкушения меркнет от этого слишком прозаического контакта с костями и мякотью; вот если бы можно было питаться, как Иегова – «благоуханием приношения в жертву ему»! Он полежал на спине, перебирая в памяти запахи съестного – отвратительный жирный вкус жареной рыбы и волнующий запах, исходящий от нее; пьянящий аромат пекарни и скука булок. Он выдумывал обеды из восхитительных благовонных блюд, которые проносят у него под носом, дают понюхать, а потом выбрасывают… бесконечные обеды, во время которых запахи один другого слаще сменяются от заката до утренней зари, не вызывая пресыщения, – а в промежутках вдыхаешь большими глотками букет старого коньяка…»

«В палатку внесли на носилках капитана Марино. Когда его проносили мимо приятеля Майлза, он с громким стоном повернулся на бок и плюнул ему в лицо. Еще он плюнул в лицо врачу, который делал ему перевязку, и укусил одну из сестер. В санитарной палатке сложилось мнение, что капитан Марино – не джентльмен».

(Мерзкая плоть)


На фото – Ивлин Во и его жена Ивлин Гарднер: его вдохновение и его кошмар…



Из Милана я вернулась с морем впечатлений и вдохновения.
С горой пробников и некоторым количеством флаконов (небольшим).
С новым чемоданом цвета вареного омара (покупала в воскресенье, работал только магазин в Чентрале, и там был только один чемодан с утопленными колесиками, которые не отобьют при первой же перегрузки, и он был цвета вареного омара).

Вот первая статья о моих впечатлениях - не всех, тут только цветочные ароматы, которые меня особенно порадовали. А все остальные, которые особенно порадовали, и подробнее про другие цветочные, будет потом. Обязательно. Кое-что уже написано и сдано.
Будет про дивные чайные ароматы.
Будет про новые в винтажном стиле.
Будет про ирисы.
Будет про ароматы, на создание которых Шарль Бодлер вдохновил жизнью и творчеством...
И еще, надеюсь, будет, если не случится что-то, что отобьет мне вдохновение. Но я надеюсь, что на том вливании счастья, которое я получила на выставке, я еще какое-то время продержусь.

Это было счастье. Я, правда, ощущала себя мумифицированной в ароматах, но это было счастье. Мне эта выставка показалась гораздо интереснее предыдущей, я открыла для себя столько прекрасного, столько источников радости...

И еще были люди. Замечательные, очень интересные люди. Разговоры. Временно я даже перестала быть минотавром-интровертом.
Хотя вообще, я - это он...
(Авторство принадлежит группе "Страдающее Средневековье")



А сейчас придется очень, очень много работать. Как минимум до конца майских.
Из Милана про Милан писать было некогда. Вставали рано, ложились поздно, весь день работали, вечером записывала впечатления, что не забыть, теперь записи очень пригодятся...
Вот тут будет несколько фотографий меня.

Read more...Collapse )


С днём рождения, дорогой друг katalina_forget! Желаю тебе уюта и нежности в душе, книг и фильмов, которые помогут отправиться в иные, более комфортные миры, понимания близких, любви друзей и главное - путешествий, побольше прекрасных путешествий!







Это роскошь, но не напоказ.
Это уютная роскошь как норма жизни.
Это «добрая старая Англия», но в шикарном столичном стиле: в стиле престижного района Мэйфейр.



Ноты пряностей и абсента, шоколада и замши собраны в великолепный букет. Насыщенный, плотный, но при этом ненавязчивый. Он не кричит о себе, в нем нет ничего избыточного. И даже золото флакона – это тусклое и благородное старое золото.
«Gold Fair In Mayfair» — теплый аромат-кокон кашемировой нежности. Если воспринимать аромат в цвете – у него был бы цвет топленых сливок.



Мне понадобилось срочное вливание волшебства и мы сходили на "Преступления Гриндевальда".
И хотя я не поняла приблизительно половину сюжетных поворотов, я получила колоссальное удовольствие от этого фильма. От видеоряда. От проникновения в волшебный мир, пусть даже я разбиралась в происходящем даже меньше, чем милый сердцу моему Якоб Ковальски.
Мне понравилось все!

Разве что показалось, что Куини похудела и стала уже не такой куколкой, конфеткой и прелестью, как в первой части. Щёчки не такие нежные, резче линия челюсти... Но все равно она прекрасна.
И вообще - много красивых женщин и симпатичных мужчин. Взгляду есть, на чем отдохнуть.
Наряды у Куини менее интересные. Зато у Гриндевальда классные ботинки.
Розье восхитительна. Это традиция магического мира: главным сподвижником главзлодея становится красотка. Хотя Вольдеморту больше повезло. У него была Хелена Бонем-Картер!

А что не поняла, спрошу у тех, кто понял, или увижу в следующей части.
Конечно, с первой частью не сравнится...
Но все равно - дали посмотреть в волшебный мир. В такое волшебный мир, в который я готова верить, несмотря на нелогичность сюжета.

Что я остро ощутила - так это нехватку нюхлей. Больше, больше нюхлей!!!

Идеальный же фильм про них про всех для меня выглядел бы так: Ньют, как Джеральд Даррелл, ездит по миру и спасает магических животных, сражается с охотниками и контрабандистами. С ним верная помощница Банти и боевая подруга Тина, которая навыки аврора использует для борьбы за счастье животных. С ними друзья - Куини и Якоб - которые помогают по мере сил, а заодно скрываются от мира, который не приемлет их, как нетрадиционную пару. Нагайна, сбежав из цирка, нашла убежище в чемодане Ньюта. Пока она человек, она яростно сражается против охотников за благополучие фантастических тварей. Старший братец, Тесей Саламандер, пишет ехидные письма, как Лоуренс Даррелл... И все вот такое.



Будь у меня свой мирок, полный волшебства - как у Ньюта с его тварями - я бы закрылась там и пусть с Гриндевальдом разбираются без меня. Всегда будет какой-нибудь Гриндевальд или Вольдеморт. Всегда найдутся воины, чтобы сражаться. Но кто спасет фантастических зверюшек?!

Ну, или редкие книги, например...

Война - а мой герой спасает редкие книги по магии, которые кажутся никому не нужными, особенно сейчас...
Мой герой. Мистер Норрелл.
Хоть он и из другой сказки, но в волшебном мире столько тайных троп...

Партнёр не понял две трети происходящего. Но ему очень понравился большой китайский волшебный котик.

"Какая холодная осень..."



У поздней осени запах тонкий и горький. Запах бесконечно печальный. Запах дождя и земли… Но если весной это торжествующий аромат пробуждения, то осенью это меланхоличный запах холодного дождя, оплакивающего уходящее плодородие и омывающего леса, поля и города, прежде чем зима укроет их снегом.

Запах поздней осени врывается в приоткрытую форточку и заставляет вздрагивать: не от холода, а от необъяснимой тревоги и тоски. Но в этом запахе таится магическая, предельной утонченности красота.



"Какая холодная осень..." Осень Афанасия Фета, Арсения Тарковского, Ивана Бунина... Осень в "темных аллеях", осень в английском парке, осень в Париже. Последний прощальный вздох природы перед долгим зимним сном
Парфюмы с ароматом поздней осени...

Profile

фейри, йоль
dolorka
Мачеха Белоснежки
Парфюмерные песни

Latest Month

September 2019
S M T W T F S
1234567
891011121314
15161718192021
22232425262728
2930     

Tags

Syndicate

RSS Atom
Powered by LiveJournal.com